Dobrovoimaster - CSS3 Кнопки





Медицина в зеркале истории.
Светлана Марковна Марчукова






Глава 7. Медицина Древней Греции
Медицинское знание существовало в Древней Греции на высоком уровне. Оно было неразрывно связано с религией и философией. Греки знали большое количество заболеваний и способов их лечения, также процветала храмовая медицина. Многие термины, предложенные в то время, активно используются по нынешний день. А символ бога Асклепия – чаша со змеей – одна из наиболее известных медицинских эмблем.

7.1. Асклепий бог врачебного искусства

«Илиада» и «Одиссея», созданным примерно за тысячу лет до нашей эры. Их герои нуждались более всего в «лечебных напитках» и хирургической помощи при различных ранениях. «Врач, — пишет Гомер, — это человек, который стоит многих других».

Обучение медицине включало в себя знакомство с лекарственными растениями, приготовление
целебных напитков, мазей и пластырей, изучение малых хирургических операций и кровопускания. Затем следовало преподавание у постели больного. Люди, которые желали совершенствоваться в хирургии, шли обычно с войском в поход. Кроме того, медициной занимались «ризотомы» — собиратели и продавцы лекарственных растений, а также «фармакополы», которые торговали не только растениями, но и редкостями всякого рода, например, зажигательными стеклами и противоядиями, изготовленными из минералов и веществ животного происхождения. Врачебное искусство греков развивалось под влиянием вавилонян, персов и египтян. Греческие врачи часто посещали страны Востока. Однако в большой степени медицина Греции развивалась самостоятельно, занимая особое место в системе греческой натурфилософии.

Считается, что прообразом бога-целителя Асклепия, культ которого сложился в VII в. до н.э., был царь Фессалии и прославленный врачеватель Асклепий. Он жил во время Троянской войны (XII в. до н.э.), о нем и его сыновьях, героях-военачальниках и искусных врачах, упоминает Гомер в «Илиаде». Сыновей Асклепия звали Махаон и Подалирий: «славные оба врачи, Асклепия мудрые дети». Махаон был знаменитым военным хирургом, а Подалирий прославился врачеванием внутренних болезней. Махаону удалось вылечить раненного Парисом Менелая, а Подалирий поставил правильный диагноз заболевшему безумием Аяксу по его блестящим глазам и беспокойству. Гомер упоминает в своих поэмах об эпидемиях чумы, о лечении ран и укусов ядовитых змей, использовании серы как лекарства и серных окуриваний с целью предупреждения заболеваний. В его поэмах отражена дошедшая до нашего времени терминология греческих врачей, содержатся сведения о применении лечебных средств, заимствованных у египтян и персов, об отношении греков к военным врачам. Одним из них был Махаон, «бессмертным подобный» , который смог сначала вынуть из раны стрелу, хотя «заостренные зубья обратно ее не пускали», а потом вылечить рану:

Исторические параллели:

Асклепия часто называют первым в истории медицины богом врачевания, потому что до него боги — покровители врачебного искусства были не только «божественными врачевателями». Так, египетский бог Тот считался изобретателем письменности, покровителем писцов и хранителем священных знаний. Вавилонский бог Эа, обитатель водных глубин, был покровителем мудрости, частью которой было искусство врачевания. Асклепий и все члены его семьи были врачами. Сыновья и дочери олицетворяли различные аспекты врачебного искусства — лекарственное лечение (Панакея), хирургию ( Махаон), исцеление от внутренних болезней (Подалирий), магическое врачевание ( Те-лесфор) и профилактическую медицину (Гигиея и Огле). Все они, согласно мифам, обучались медицине у своего отца.

Согласно преданию, Асклепий был сыном Аполлона — бога мудрости, поэзии, музыки и красоты. Аполлон привез его на гору Пелион к знатоку целебных трав кентавру Хирону.

Выучившись, Асклепий лечил болезни втиранием мазей, освежающими напитками и священными песнопениями, которые сопровождали не только прием лекарств, но и сам процесс их приготовления. Эти традиции надолго остались в греческой медицине. Греки приписывали Асклепию изобретение лечения музыкой с целью воздействия разнообразными мелодиями на настроение и самочувствие человека.

Исторические параллели:

О лечении музыкой повествуют мифы и древние медицинские тексты многих народов. Исцеляющее действие «истинной» музыки древних, несущей уравновешенность и гармонию инь и ян, отражено в сочинениях философов и врачей Древнего Китая. Вот фрагменты трактата «Весны и осени Лю Бувэя» («Люйчиш чунь-цзю», IIIв. до н.э.): «Совершенная, законченная музыка-ритуал имеет применение: с ее помощью усмиряют пристрастия... Использование музыки как орудия должно быть искусством, которое заключено в том, чтобы стремиться к равновесию». Отсутствие равновесия и гармонии характерно для музыки, полной диссонансов. Она противопоставляется «музыке-ритуалу»: «Музыка смутных времен... Когда барабаны и литавры гремят как гром, когда гонги и цимбалы звенят, как вспышки молний, когда лютни и свирели, пение и танцы подобны воплям — цив сердце слушающего приходит в смятение, в ушах и глазах — сумятица, все тело — в потрясении. Такая музыка не может приносить наслаждение...»

Греческие мифы рассказывают о чарующей музыке великого певца Орфея. Слушая звуки его кифары, люди и боги забывали о своих несчастьях. Сохранились свидетельства о применении музыки греческими врачами, последователями Пифагора и Гиппократа, для усмирения боли и гнева. Древнее искусство врачевания с помощью музыки находит продолжение и развитие в современной медицине.

Асклепий достиг такого совершенства в своем искусстве, что даже стал воскрешать мертвых, похищая их у Аида. От богини Афины он получил в дар особое лекарство — кровь Медузы-Горгоны: кровь из вен левой стороны была целебной, а из правой — губительной для человека. Аид, бог подземного царства, пожаловался Зевсу, что Асклепий возвращает к жизни мертвых. В гневе Зевс поразил искусного врача молнией, однако вскоре внял многочисленным просьбам и оживил Аск-лепия, взяв с него клятву никогда больше не воскрешать мертвых. Так Асклепий стал почитаемым богом врачебного искусства. Величайшие скульпторы Греции изваяли множество его статуй из золота, бронзы и слоновой кости.

Забота о теле была характерна для культуры Древней Греции. Об этом напоминает, пришедшая из античных времен поговорка: «В здоровом теле здоровый дух». Здоровый образ жизни ценился очень высоко, и культ Асклепия имел большое значение. Знаменитые Олимпийские игры, где атлеты соревновались в беге, борьбе, кулачном бою, метании диска и копья, участвовали в состязании колесниц, были первоначально религиозными церемониями в честь Зевса. На земле Олимпии, согласно преданию, он одержал победу над своим отцом Кроном. От даты проведения первых Олимпийских игр в 776 г. до н.э. греки вели летосчисление.

Храм Зевса в Олимпии украшала фигура Зевса Олимпийского — великое творение греческого скульптора Фидия, одно из семи чудес света. Колоссальная фигура сидящего на великолепном троне бога в венке из оливковых ветвей занимала треть помещения храма и достигала высоты 17 метров, почти касаясь головой потолка. В одной руке Зевс держал изображение богини победы Ники, в другой — жезл с изображением орла, священной птицы Зевса.

Исторические параллели: Атлеты и гимнасты античного мира часто нуждались во врачебной помощи. У них бывали обмороки и разрывы сосудов, случаи удушья и внезапной смерти. Гиппократ указывал на необходимость специальной диеты и режима для атлетов, на пагубные последствия быстрых переходов от праздности к спортивным

состязаниям. Он писал об опасности слишком обильного питания, к которому часто прибегали атлеты для укрепления сил. В «Эпидемиях» он приводит в пример «борца Бианта, прожорливого от природы», у которого разлитие желчи было вызвано чрезмерным употреблением непрожаренной свинины и крепкого вина, пирогов и сладостей. Аристотель указывал на необходимость правильной и разно образной диеты для атлетов. Римский врач Гален осуждал ремесло атлетов, считая его губительным для души и тела. К такому выводу его привел собственный опыт: в 30 лет, желая прослыть искусным борцом, он получил опасную для жизни травму. Главной причиной болезней атлетов греческие и римские врачи считали избыток и чрезмерную плотность телесных соков, что приводило к растяжению и закупорке сосудов.

Согласно преданию, Асклепий женился на Эпионе, дочери правителя острова Кос. Здесь продолжался род Асклепиадов (потомков Асклепия). Первоначально врачи были кровными родственниками: профессия передавалась от отца к сыну, отношения между врачами определялись семейной традицией. Позже, когда Асклепиады стали принимать с свою среду и «посторонних» юношей, семья превратилась во «врачебное общество», однако по старой традиции все относились друг к другу как родственники. Врачи Греции были свободны от обязанностей перед государством. Их привлекали на службу по добровольному согласию и только на время эпидемий или военных походов.

В VI-V вв. до н.э. были воздвигнуты первые святилища в честь Асклепия — асклепийоны, предназначенные для лечения больных. Тяжелобольные и умирающие не допускались в храм. Крупнейшим центром культа Асклепия был Эпидавр на Пелопонессе. На его территории находились и храмы других богов (Аполлона, Афродиты, Артемиды), большой жертвенник для приношений, кипарисовая роща и бассейны с водой из минеральных источников.. Кроме того, в асклепийонах были бани, библиотека, гимнасий
(место, где юноши обучались философии, литературе, политике, а также занимались гимнастикой), стадион, театр. Важной частью храма был абатон — место для сна. Абатон представлял собой крытые галереи вдоль стены храма.

Больных готовили к лечению с помощью различных церемоний, приносили в жертву животных. При раскопках нашли множество табличек с такими, например, надписями:

«Амброзия из Афин, слепая на один глаз, пришла, иша помоши у бога; проходя по святилишу, она насмехалась над рассказами °б исцелениях. Ей казалось неверным, неве- роятным и невозможным, что хромые и слепые могли исиелиться при помоши одних только сновидений. Однако, и она увидела сон. Ей показалось, что к ней явился бог и обешал исцелить её, но при том условии, если она пожертвует в храм дар по обету; при этом она должна принести в дар серебряную свинью как память об её глупости. После такой речи бог вынул её больной глаз и влил бальзам. Когда наступил день, слепая проснулась здоровой».

«Человек с язвой в животе. Во сне он увидел лицо. Ему показалось, что бог приказал его слугам, следовавшим за ним, связать его и крепко держать, чтобы он мог разрезать ему живот. Он хотел бежать, но его схватили и крепко привязали к дверному кольцу. Затем Асклепий разрезал ему живот, вырезал язву и снова зашил разрез. После этого больного развязали. Он встал совершенно здоровым. Пол в святилище, однако, оказался залитым кровью».

Толкованию снов придавали большое значение. Священный сон был одним из видов лечения в храмах Асклепия, Больные засыпали прямо на полу, на шкурах принесенных в жертву животных. Во сне им должен был явиться Асклепий и дать советы о том, как лечить болезнь. Вероятно, жрецы-врачеватели делали операции в храме, усыпляя больных с помощью гипноза и успокоительных средств. В большом количестве водились в храме священные змеи — «асклепиевы ужи», олицетворяющие образ бога-врачевателя. Во время раскопок в храмах Асклепия находят множество изображений исцеленных частей тела и внутренних органов, сделанных из мрамора, золота, серебра, слоновой кости, глины, дерева и других материалов. Их приносили в храм в благодарность за лечение.

Исторические параллели: Обычай оставлять в храме изображения различных органов тела в память об исцелении существовал у многих народов. Например, в России с просьбой избавить от зубной боли обращались к св. Антипию, и в православных храмах в память об исцелении привешивали к его образу серебряные зубки. Особенно широко этот обычай был распространен на севере России. В храмах Архангельска такие привески молено было увидеть еще в конце XIX столетия.



7.2. Кротонская медицинская школа

В медицине Древней Греции господствовал дух дискуссий и соперничества различных школ. На рубеже VI и V столетий до н.э., согласно свидетельствам Геродота и других античных авторов, наиболее известными были школы в Киренах,
Кротоне и Родосе. Основателем кротонской школы был великий Пифагор, один из самых ярких и загадочных ранних греческих философов. Ему приписывают сам термин «философия» (греч. «любовь к мудрости»), отражающий стремление мыслителя представить себя не обладателем истины и воплощением мудрости, а лишь тем, кто любит мудрость, стремится к ней. Родиной Пифагора считают остров Самос. В возрасте около 40 лет Пифагор покинул Самос и приехал в Кротон, город в южной Италии. Вокруг него стали группироваться преданные ему сторонники, в основном из среды аристократической молодежи. Они объединились в союз, где в соответствии со сводом морально-этических правил выработался особый, «пифагорейский» образ жизни. Этот свод («Золотые стихи») переписывался и дополнялся в течение столетий вплоть до эпохи Возрождения. Сегодня невозможно определить, какие из сотен заповедей восходят непосредственно к Пифагору. Вот некоторые из них:

ЮНОША! ЕСЛИ ТЫ ЖЕЛАЕШЬ СЕБЕ ЖИЗНИ ДОЛГО ДЕЙСТВЕННОЙ, ТО ВОЗДЕРЖИ СЕБЯ ОТ ПРЕСЫЩЕНИЯ И ВСЯКОГО ИЗЛИШЕСТВА.

НЕ ГОНЯЙСЯ ЗА СЧАСТЬЕМ: ОНО ВСЕГДА НАХОДИТСЯ В ТЕБЕ САМОМ.

Пифагорейцы вставали до восхода солнца и шли на морской берег встречать рассвет, обдумывали дневные дела в роще, затем делали гимнастические упражнения и завтракали. Пифагор часто излагал свое учение во время прогулок с учениками. Заканчивался день морскими купаниями, совместным ужином и чтением с комментариями прочитанного. Как видим, жизнь в пифагорейском союзе предполагала заботу о физическом и духовном развитии, и не случайно среди победителей олимпийских игр в то время было много кротонцев.

Поговорка «Здоровее кротонца» звучала истинной похвалой здоровью. С пифагорейским союзом была тесно связана кротонская медицинская школа. По многочисленным свидетельствам, Пифагор занимался медициной и высоко ценил это искусство. В основе пифагорейской медицины лежали диетика (учение о характере и чередовании пищи, работы и отдыха), гимнастика и музыка. Они имеют большое значение и в современной медицине, хотя, разумеется, так же отличаются от пифагорейских, как современный образ жизни отличается от пифагорейского. Автором первого греческого труда по медицине считается врач-пифагореец Алкмеон из Кротона, который одним из первых приступил к анатомированию и открыл глазные нервы, идущие к мозгу.

Исторические параллели:

В истории медицины известны примеры того, как медицинские школы, в основе которых лежали древние знания жрецов или учения великих философов, сохраняли свои традиции в течение столетий. Разумеется, со временем искусство врачевания претерпевало изменения и вбирало в себя новые сведения и навыки, однако традиции древних общин сохранялись на прежних территориях. Примером такого рода может служить школа врачей, которые жили в округе древнего Кротона в XVв., спустя две тысячи лет после смерти Пифагора, и славились высоким уровнем хирургического искусства. Около 30 семейств занимались здесь врачеванием с незапамятных времен, они хранили свое учение за печатью таинственности, традиционной для пифагорейской школы. Согласно преданию, ученики Пифагора давали клятву,
что их знания не станут доступны непосвященным.

На территории России до XIXстолетия существовал центр древнего врачевания на Урале в Верхотурье, в районе языческого капища. Жрецы-хранители эзотерических знаний жили уединенно, о них до сих пор почти ничего не известно.. Эта область истории российской медицины еще ждет своих исследователей.

Геродот приводит историю о Демокеде, одном из первых кротонских врачей, приглашенных к персидскому царю Даршо. Царь вывихнул ногу, и египетские врачи не могли вправить вывих. Демокед использовал мягкие снадобья и вылечил царя, за что был приближен к нему и получил богатые дары. Многие положения кротонской медицинской школы оказали впоследствии влияние на развитие греческой медицины. Пифагорейское учение о четных и нечетных числах нашло отражение в трудах великого Гиппократа через полтора столетия после Пифагора.

Исторические параллели: Вот как писал Гиппократ о влиянии четных и нечетных дней на ход лечения болезни: «...Выздоравливают и умирают в нечетные дни, если лихорадка падает... Раны также наиболее воспалены в эти дни...Освобождение ран от воспаления происходит на пятый день или, вернее, в таком порядке в завимости от величины раны, — на третий, пятый, седьмой, девятый, одиннадцатый день...на четырнадцатый день освобождаются от воспаления самые большие раны...»

Интересно сопоставить взгляды пифагорейцев с китайским учением «инь-ян», отраженным в классическом каноне «Десять крыльев» (IIIв. до н.э.). Его авторы полагали, что тайна мироздания заключена в числах, и с помощью чисел пытались связать инь и ян с пятью элементами — стихиями. При этом полагалось, что числа ян всегда нечетные, а числа инь — четные: 1, 3, 5 и 9 назывались числами Неба; 2, 4, 6, 8, 10 — числами Земли.



7.3. Гуморальная теория в медицине Греции

Во времена Платона и Аристотеля (V-IV вв. до н.э.) наиболее популярными медицинскими школами были школы в Книде, Киренах, на островах Кос и Родос. О киренской и родосской школах известно немного. Во времена Гиппократа широкой известностью пользовалось сочинение «Книдские изречения», автором которого считают Эврисфена Книдского. Из Косской школы вышел великий Гиппократ. Каждой школе было свойственно определенное теоретическое и практическое направление в искусстве врачевания.
Так, например, книдская школа рассматривала болезнь как местное страдание и применяла соответствующие методы лечения, косская школа, напротив, считала болезнь общим расстройством организма. Споры подобного рода продолжаются и до сих пор.

Учение о четырех стихиях — «корнях», первоначалах природы, стало основой знаменитой «гуморальной теории» (от греч. «дитог» — жидкость), согласно которой здоровье человека зависело от равновесия в организме четырех жидкостей — телесных соков, или «гуморов»: крови, флегмы, черной и желтой желчи. Им соответствовали четыре стихии: воздух, вода, земля и огонь. Учение о четырех стихиях окончательно сформировалось в греческой натурфилософии к IV—III вв. до н.э. Его классическое изложение содержится в трудах Аристотеля, великого древнегреческого философа, который был врачом и сыном врача.

Исторические параллели: Философия оказывала воздействие на развитие медицины в разные времена и в разных странах. Пифагорейская философия лежала в основе учения кротонской медицинской школы. Одним из самых значительных древнегреческих философов был Эмпедокл — основатель сицилийской врачебной школы. Натурфилософской основой классических медицинских представлений Древнего Китая, Индии, Греции были учения о стихиях — первоначалах мира. Врачом-философом был Гиппократ. Медицинские сведения содержатся в трудах Аристотеля. «Последним натурфилософом античного мира» часто называют Галена — знаменитого древнеримского врача. Врачами-философами были Бянь Цяо и Сун Сымяо в Китае, арабский мыслитель Авиценна и еврейский философ Маймонид в эпоху средневековья. - Индийская медицина составляла часть философии буддизма. Известно выражение Гиппократа о том, что «врач-философ подобен богу».

Каждая жидкость обладала парой качественных характеристик. Так, кровь считалась влажной и теплой, флегма — влажной и холодной и т.д. Преобладание одной из жидкостей в ущерб другим, порча какой-либо из них, различные закупорки на пути их движения ведут к болезни. Задача врача — восстановить равновесие телесных соков, которые способствуют сохранению умеренной сухости и влажности в организме и регулируют температуру тела.

Исторические параллели:

В медицине Древнего Китая таюке было учение о телесных соках, однако они не сопоставлялись прямо со стихиями, как в греческой медицине. Согласно китайскому учению о телесных соках ( цзинь-е), все жидкости в организме состоят из двух частей — прозрачной, жидкой и мутной, густой. Они смазывают и питают внутренности, а . также участвуют в образовании крови. Это учение напоминает высказывание Аристотеля о двух частях крови — водянистой и волокнистой.

Впоследствии на основе представлений о четырех телесных соках и соответствующих им первоначалах сформировалось учение о четырех темпераментах людей.

Это — сангвиники (от лат. «sanguis» — кровь); флегматики (от греч. «phlegma» — слизь); холерики (от греч. «chole» — желчь); > меланхолики (от греч. «melain chole» — черная желчь). Считалось, что темперамент человека определяется избытком соответствующей жидкости в его организме и формируется влиянием определенной планеты. Сангвиник представлялся, как правило, человеком жизнерадостным, отважным и мужественным, холерик — воинственным и решительным, флегматик — осторожным и медлительным, а меланхолик — унылым и задумчивым. Так, на немецкой гравюре XV в. образ меланхолика сопровождают следующие стихи:

Бог дал мне, меланхолику, природу,

Подобную земле — холодную, сухую.

Присущи мне землистый цвет волос,

Уродливость и скупость, жадность, злоба,

Фальшь, малодушье, хитрость, робость,

Презрение к вопросам чести

И женщинам. Повинны в этом всем

Сатурн и осень.

Характер человека связывается здесь с холодом и сухостью — двумя качествами, присущими земле, первоначалу, которое, согласно гуморальной теории, соответствует черной желчи. Считалось, что неподвижная, помещенная в центр мира Земля и меланхолику сообщает «неподвижность» — лень. Сатурн, самая несчастливая из всех планет, мог дать человеку богатство и власть, но только ценою счастья.

Однако, не следует думать, что принадлежность к людям этого темперамента не оставляла уже никакой надежды. Напротив, Аристотель писал, что именно меланхоликам присуща особая одаренность, которая выражается в развитии разума и остроте чувств. «Все выдающиеся люди, — пишет он, — отличившиеся в философии, в государственных делах, в поэзии или изобразительном искусстве, — меланхолики, некоторые даже до такой степени, что страдают от нездоровья, вызванного черной желчью». Как видим, проявление четырех первоначал в гуморальной теории отнюдь не сводит представление о характере и судьбе человека к простой схеме. Гуморальная теория получила развитие в косской медицинской школе, основателем которой был великий Гиппократ.



7.4. Гиппократ

Врачи острова Кос, на котором, по преданию, жил Асклепий, причисляли себя к его роду и назывались Асклепиадами. К их числу относился и великий греческий врач Гиппократ, который родился на острове Кос около 460 г. до н.э. Этот небольшой остров у берегов Малой Азии имел в те времена одну из самых оживленных морских гаваней, был центром торговли с Востоком, славился вином, шелковыми тканями и благовониями, но более всего — храмом Асклепия, к которому отовсюду стекалось множество людей.

Достоверных сведений о жизни Гиппократа очень мало, так как его первые биографии были написаны через несколько столетий после смерти и поэтому носят отпечаток той легендарности, которой было окружено его имя. Его первым учителем был отец. После смерти родителей Гиппократ стал странствующим врачом, побывал во многих городах Греции и Малой Азии. Он занимался философией в Афинах, был военным врачом во время Пелопонесской войны, посетил Египет и Персию. Слава о его врачебном искусстве распространилась во многих государствах, а на острове Кос, в том месте, где располагалась врачебная школа Гиппократа, был построен храм в его честь. Последние годы жизни Гиппократ провел в Лариссе (Фессалия), где и умер, по одним источникам, на 83-м году жизни, по другим — на 104-м.

Учение Гиппократа объединяет медицинские представления, которые сложились в Греции к IV в. до н.э. Вот основные положения основанной им на острове Кос медицинской школы:

— внимательное обследование больного. Каждый организм имеет свои особенности, лечить необходимо не болезнь, но больного. Большое значение придается целительным силам природы, способности человека к самоисцелению, которому должен помогать врач.

— зависимость здоровья человека от гармоничного сочетания в его организме четырёх жидкостей: крови, слизи, желчи и черной желчи, а также — количества «прирождённой теплоты», которая поддерживается особым тонким веществом — пневмой, постоянно циркулирующей в сосудах человека.

— диета, режим и гимнастика играли важную роль в профилактике болезней. Гиппократу приписывают выражение: «Как суконщики чистят сукна, выбивая их от пыли, так гимнастика очищает организм».

Обычаи греков запрещали вскрывать трупы умерших, и анатомические знания врачей V—IV вв. до н.э. были основаны на вскрытии животных. В качестве лучшей школы для хирургов Гиппократ рекомендовал сопровождать войска в военных походах. Об анатомических знаниях греков того времени можно судить по сочинениям Аристотеля «История животных» и «О частях животных». Труды великого философа содержат множество точных наблюдений и первую классификацию животного царства. Аристотель не раз ссылался в своих сочинениях на рисунки в книгах «Анатомий», которые не дошли до нас. Считают, что это были настоящие атласы, которые содержали изображения и подробные описания как животных в целом, так и отдельных органов и их внутреннего строения. Более поздние авторы упоминают о существовании семи подобных сочинений значительного объема. Полагают, что при их составлении Аристотель пользовался всеми возможными в то время средствами детального и всестороннего исследования. Известно, что он исследовал трупы жертвенных и больных животных, анатомировал глаз крота. Представление о кровообращениии в эпоху Аристотеля было весьма приблизительным. Например, согласно общепринятому мнению, вены человека были наполнены кровью, а артерии — воздухом; нервы часто смешивали с сухожилиями.

Согласно учению Гиппократа, самые тяжелые болезни вызываются смешением холодной слизи и горячей желчи. Для лечения острых болезней часто применялся ячменный отвар, в качестве целебных напитков — вода с медом, уксусом или вином. Рекомендовалось периодическое очищение организма с помощью рвотных и слабительных средств. В соответствии.с гуморальной теорией, причиной многих болезней был избыток крови в организме человека, а потому распространенным средством их лечения и профилактики было кровопускание. Считалось, что лечение хронических болезней весьма полезно сочетать с бегом, занятиями музыкой и пением. Здоровый образ жизни, умеренность во всем — вот непременные условия сохранения здоровья. Известны крылатые выражения греческих философов и врачей: «Все в меру»,

«Ничего сверх меры». Гиппократ писал в «Эпидемиях»: «Работа, пища, сон, любовь — все должно быть умеренным».

Исторические параллели: Представление о том, что умеренность, соблюдение меры способствуют сохранению здоровья, характерно и для медицины Древнего Востока. Речь идет не только об излишествах в еде и неумеренности в наслаждениях разного рода, но и о правильных соотношениях излишеств и недостатков в восприятии окружающего мира. Оригинально и образно рассказывает об этом тибетский медицинский трактат «Чжуд-ши»: если в течение долгого времени слушать только приятные речи и звуки, рассматривать только красивые картины и пейзажи, вдыхать ароматы — это излишество, которое может спровоцировать болезнь. И наоборот, если долго смотреть на устрашающие объекты, слушать раздражающие звуки, вдыхать дурные запахи — это недостаток, способный также вызвать заболевание. Слишком много размышлять или разговаривать — недостаток. Прилагать слишком много усилий для осуществления разных дел — излишество, которое вредит здоровью.

Вот фрагмент «Поэмы о медицине» Авиценны (XI в.), содержащий рассуждения об умеренности в движении и покое:

О ДВИЖЕНИИ И ПОКОЕ

В гимнастике умеренность нужна, Пусть будет главным правилом она. Умеренность не изнуряет тела, Но очищает организм всецело... Опасны перегрузки в упражненье, Которые ведут к изнеможенъю: Сгорает тело, влаги лишено, Им внешнее тепло поглощено. Болезни мучат нервные жестоко, — И человек стареет раньше срока. Бесцельны долгий отдых и покой: В излишествах нет пользы никакой. Коль человек недвижен, вредный сок Заполнит тело, и еда не в прок.

Европейские врачи эпохи Возрождения и Нового времени писали о дурном влиянии избытка ароматов на организм человека. Так, Рамаццини (1633— 1714) в сочинении «О болезнях ремесленников» отмечает, что «весной некоторые фармацевты, изготовляя настойки из роз для сиропов,... жалуются на сильные головные боли» и рассказывает следующую историю. Некий рыбак пришел продавать рыбу во дворец португальского короля, надышался там ароматами и впал в состояние такого глубокого обморока, что его сочли мертвым. Рыбака вернул к жизни врач, «приказав отнести его на берег моря и вывалять в морской траве и тине; таким путем он, ко всеобщему удивлению, поправился, вывалявшись, как свинья в грязи». Ф. Бэкон в знаменитом сочинении «Новый органон» сообщал, что рабочие, которые выносят и разбирают ароматические вещества на складах, страдают воспалениями.

О вредном действии сильных цветочных ароматов и слишком концентрированных ароматических эссенций на организм говорит и современная медицина. В наше время влияние различных запахов и ароматов на здоровье человека изучает ароматерапия ( от греч. «арома» — душистое вещество).

В трудах Гиппократа содержится классическое изложение гуморальной теории. Посмотрим, как эти представления отражаются в его сочинении «О болезнях»:

«...Я хочу объяснить, как желчь, кровь, вода и слизь бывают в излишке или в недостатке; это происходит от действия пищи или питья следующим образом: желудок, будучи наполнен, является для тела источником всего, но когда он пуст, он пользуется сам за счет тела, которое расплавляется... Источник для крови есть сердце, для слизи — голова, для воды — селезенка, для желчи — место, находящееся в печени...»

«...Я скажу, откуда в теле появляется слизь. Когда кто-либо поест сыра, либо какой другой острой пищи или съест или выпьет какого-нибудь другого слизистого вещества, тотчас же это притекает в рот и в ноздри, — мы все свидетели этому. И вот в н^ чем, без сомнения, причина. Я утверждаю, у что то, что есть слизистого в пище и питье, когда оно приходит в желудок, его частью влечет к себе тело, частью — голова, которая, будучи полой и прилегая сверху подобно кровососной банке, притягивает к себе вязкую слизь...»

Гиппократ писал также о значении сновидений и обращения к богам. Вот фрагменты его сочинения «О сновидениях»:

«...Видеть во сне солнце, луну, небо и чистые, легко движущиеся звезды такими, как они должны быть, — благоприятно; это обещает телу здоровье со стороны всего... Если то, что представляется во сне, кажется обращенным в бегство и быстро несущимся под преследованием другого, есть опасность для человека заболеть манией* ...Когда небесное тело — чистое и влажное — кажется опускающимся на тебя, — это знак здоровья, ибо из эфира спускается на человека нечто чистое и душа человека созерцает его таким, каким оно сходит. Но если небесное тело черно и нечисто, непрозрачно, — это указывает на болезнь... вследствие какого-то внешнего вмешательства. В этом случае подобает воспользоваться быстрым бегом с обручем, чтобы, с одной стороны, было наименьшее разжижение тела, а с другой стороны, чтобы то, что вошло, было изгнано в связи с учащенным дыханием. После бега с обручем — быстрые прогулки; мягкая и легкая диета в течение четырех дней.

...Если снится теплый дождь в тихую погоду,...это хорошо, ибо это признак, что дыхание вошло чистым и в надлежащей мере. Но если видят противное — сильный дождь, бурю, ураган, излияние нечистой воды, — это указывает на болезнь... Здесь применима та же диета; во всех случаях надо употреблять мало пищи. Таким образом, узнав о небесных знаках, нужно заранее позаботиться установить диету и молить богов: при хороших знаках — Гелиоса... Гермеса и Аполлона; при обратных знаках — богов, отвращающих зло: Гею и героев...»

Исторические параллели: Природа сна и сновидений занимала человека во все времена. У многих народов существовало представление о том, что во сне человека посещают души умерших предков и подают всевозможные знаки, дают советы. В истории медицины разных стран важную роль играл не только гипнотический сон, в который погружали больного жрецы в храмах, но и обыкновенные сновидения. Чисто это было связано с тем, что события сна воспринимались как реально существующие. Так, французский этнограф и психолог Л. Леви-Брюль пишет, что у индейцев чероки существовал обычай, согласно которому человек, видевший во сне, что он был укушен змеей, подвергался тому же лечению, которое применялось при действительном укусе змеи. При этом считалось, что его укусил «дух-змея».

Пифагорейцы населяли воздух душами, посылающими сновидения людям и животным. Платон считал сновидения проявлением деятельности души. Аристотель рассматривает проблему сна в трактате «О диете и сновидениях». По его мнению, сон свидетельствовал о концентрации и сгущении теплоты в глубине тела. Избыток теплоты воздействует на органы чувств, результатом этого воздействия и являются сновидения. Теофраст, ученик Аристотеля, был автором сочинения «О сне и сновидениях».

Современник Аристотеля и Теофраста, китайский врач Вэнъ Чжи (с.51—52, 71—72), придавал большое значение спокойному сну. Вот как он об этом пишет:

«Вэй Ван сказал: «... почему вы придаете такое значение сну?» Вэнъ Чжи ответил: «Сон — не только лишь человеческая потребность. Все живые существа также нуждаются в нем. Все водяные птицы, большие гуси, змеи, цикады, черепахи и другие ползучие твари тоже нуждаются в нем. Все они только поглощая пищу могут существовать и только (периодически) погружаясь в сон могут сохранять жизнь. Ведь сон (также) способствует усвоению пищи и (во время сна) лекарства легко рассасываются и распространяются по всему телу. Сон и пища соотносятся друг с другом как огонь и металл. Поэтому если не спать одну ночь, то и за сто дней не восстановишь (потери). Если сон не спокоен, то и пища усваивается плохо. Она образует в животе как бы ком из кожи — от этого рожаются печальные думы и пути движения пищи запираются. От этого появляются болезни, ведущее к онемению конечностей и параличам. Поэтому все знающие Дао-Путь (пестования жизни) ценят сон».

Влияние сна на здоровье и диагностику болезней признавала тибетская медицина. «Чжудши» сообщает о том, что сновидения могут быть следствием шести причин: «видят во сне то, что видели наяву, то, что слышали, то, что имели, то, что чувствовали, то, что надеялись сделать, или, наконец, бывают сны, которые предвещают серьезное расстройство питания, т.е. заболевание». Гиппократ писал о том, что «...сновидения, передающие дневные действия или мысли... благоприятны для человека...Когда же сновидения противоречат дневным поступкам... это означает расстройство в теле».

Школа Гиппократа продолжала развиваться в течение столетий после смерти своего основателя, приобретая со временем новые черты и особенности. К IV в. до н.э. в греческой медицине сформировалось стремление идти путем опыта, эксперимента. Прежде всего это нашло отражение в развитии анатомии и физиологии, возникших в Греции еще на рубеже VI и V вв. Уже в школе Гиппократа не было единства, она разделилась на два направления — «древнюю», основанную на гуморальной теории, и «новую», идущую по пути эксперимента и опыта. Вот фрагмент сочинения «О древней медицине», которое обычно приписывают одному из врачей-гиштократиков: «Есть врачи и философы, которые полагают, что нельзя понять врачебного искусства, не зная, что такое человек. Подобные речи имеют в виду философствования в духе Эмпедокла и других, писавших о природе и о том, что есть человек и как он возник... Я же думаю, что все написанное или сказанное в этом роде философом или врачом о природе относится скорее к области живописи, чем к врачебному искусству».

Разрыву между медициной и натурфилософией способствовало то, что некоторые врачи, сторонники Гиппократа, обращались лишь к философским основам его учения и рассуждениям о прогностике, забывая о других сторонах его врачебного искусства: хирургии, диете, внимании к образу жизни больного. Гиппократу все чаще приписывали лишь отвлеченные и пространные умозаключения, а его сторонников называли в эпиграммах «болтунами», которые лишь наблюдают со стороны течение болезни, целиком полагаясь на природу и рассчитывая дни кризисов. Эмпирическое направление в медицине нашло отрансение в работах врачей Александрийской школы, известных прежде всего своими анатомическими исследованиями.



7.5. Александрийская школа

Учеником одного из самых известных греческих анатомов, Проксагора из Коса, был Герофил из Александрии. Прославили его не только анатомические знания, но и учение о пульсе с его четырьмя свойствами: наполнением, частотой, силой и ритмичностью. Александрийская школа во многом стала связующим звеном между греческой и римской медициной.
Герофил и Эразистрат (IV-IIIB. ДО Н.Э.) — наиболее известные представители александрийской школы. Они открыли немало нового в анатомии и физиологии, пользовались большим авторитетом и оказали существенное влияние на развитие медицины в Древнем Риме. Считают, что Герофил одним из первых начал препарировать человеческие трупы. Исследуя строение глаза, он впервые дал описание стекловидного тела и сосудистой оболочки.

Исторические параллели:

В трудах греческих врачей, эюивших в Александрии, содержится множество прямых заимствований из египетской медицины. Это касается, в частности, описания головного мозга, синхронности биения сердца и сокращения пульса, упоминания о подсчете пульса, рассуждений о связи нервной системы с деятельностью различных органов. После прихода к власти в Египте греческой династии Лагидов (Птолемеев) греческие врачи получили не только доступ к фондам египетских библиотек, но и разрешение вскрывать человеческие трупы. Хотя анатомические сведения содержались уже в сочинениях Гиппократа, Алкмеона и других греческих врачей V—IV вв. до н.э., анатомия получила развитие именно в александрийской школе.

Медицинские сочинения врачей Александрийской школы способствовали выделению анатомии в самостоятельную науку, которая пользовалась сравнительными анатомическими исследованиями. Школы последователей Герофила и Эразистрата существовали долгое время после них.

Врачи-эмпирики стали полагаться в основном на внешнее наблюдение, сопоставляя одинаковые симптомы различных заболеваний. Большинство их сочинений не дошло до нашего времени и известно только благодаря упоминаниям более поздних авторов. Вот примеры высказываний врачей-эмпириков: «Земледельцем или кормчим делаются не беседами, а упражнениями», «Неважно, что причиняет болезнь, важно то, что ее устраняет», «Болезнь лечится не красноречием, а лекарством».

Исторические параллели:

Развитие анатомии нашло весьма любопытное отражение в александрийском искусстве. Речь идет о распространенном сюжете: сотворение человека. Олицетворением искусного мастера в греческой мифологии был Прометей, которому люди, по преданию, были обязаны даже своим внешним видом. «Прометей, — пишет Овидий, — размочив землю водой, вылепил из нее человека по образу богов, и тогда как у всех зверей голова вечно клонится к земле, человек может поднимать свою голову к небесному своду и смотреть на звезды». Если на греческих барельефах Прометей традиционно работает с глиной подобно скульптору (с.137), то на александрийской камее он начинает работу с изготовления скелета.

Отметим в заключение, что Александрия III в. до н.э., с ее знаменитой библиотекой и Мусейоном, была центром научной жизни и развития техники. В разное время здесь работали Птолемей и Эвклид, Эратосфен и Архимед. Внимание к эмпирическим исследованиям, к точности наблюдений, обобщениям и классификациям было характерно не только для медицины, но и для астрономии и биологии, географии и механики, которые развивались в Александрии.

Выдающийся механик и изобретатель Герон Александрийский в I в. до н.э. оставил описание механизмов, которые приводились в движение сжатым воздухом. Один из них — хирургический инструмент для высасывания крови — прообраз современного шприца. Острием прибора прокалывали кожу, а затем вытягивали поршень. Этот инструмент применяли для кровопусканий и вытягивания из тела ядов наряду с кровососными банками, которые нагревали пламенем лампы и накладывали на кожу поверх небольших разрезов. Кровь всасывалась в такую банку по мере того, как нагретый воздух сжимался при остывании.

В Александрийской библиотеке был составлен «Гиппократов сборник», в котором наиболее полно представлена традиция косской медицинской школы. Этот сборник медицинских трудов часто называют энциклопедией греческой медицины классического периода.



7.6. Гиппократов сборник

Первый сборник сочинений древнегреческих врачей, «Гиппократов сборник», был составлен через много лет после смерти Гиппократа, в III в до н.э. Точно неизвестно, какая часть этих трудов принадлежит ученикам Гиппократа, какая — ему самому: по традиции того времени врачи не подписывали своих сочинений. Труды,
в которых отражены медицинские представления греков, объединены именем Гиппократа. По свидетельству античных историков, «книги, написанные Гиппократом, всем соприкасающимся с врачебной наукой известны и ценятся как глас бога, а не как исходящие из уст человеческих».

Большинство исследователей считают, что самые выдающиеся работы «Гиппократова сборника» принадлежат самому Гиппократу. Назовем некоторые из них:

1. «Афоризмы» (от греч. «aphorismos» — законченная мысль). В них собраны наставления по лечению болезней. Начинаются «Афоризмы» известными словами: «Жизнь коротка, путь искусства долог, удобный случай скоропреходящ, опыт обманчив, суждение трудно. Поэтому не только сам врач должен употреблять в дело все, что необходимо, но и больной, и окружающие, и все внешние обстоятельства должны способствовать врачу в его деятельности».

2. «Прогностика» (от греч. «prognosis» — предвидение, предсказание). В этом сочинении подробно описаны элементы, составляющие прогноз заболевания (наблюдение, осмотр и опрос больного), изложены основы наблюдения и лечения у постели больного.

3. «Эпидемии» (от греч. «epidemia» — повальная болезнь). Под словом «эпидемии» в древней Греции понимали не инфекционные, заразные заболевания, а такие, которые были широко распространены и особенно часто встречались в той или иной местности.

4. «О воздухах, водах и местностях». Это первое дошедшее до нас медицинское сочинение греков, в котором рассматриваются причины возникновения болезней в зависимости от конкретных свойств окружающей природы. Считалось, что место проживания человека (юг, восток, высокогорье, плодородная долина, болотистая местность и т.д.) определяют его характер и телосложение, а также склонность к определенным болезням.

Исторические параллели:

В «Каноне внутреннем» («Хуанди нэйцзин», III в. до н.э) — одном из древнейших произведений китайской медицины, содержится глава, представляющая собой интересную параллель к сочинению «О воздухе, водах и местностях» из «Гиппократова сборника». В ней рассмотрено влияние естественных факторов — климатических условий, характера воды и пищи на здоровье и болезни людей. «Силы местностей», по мнению автора, определяют характер болезней. Так, например, для людей восточных областей Китая, основной пищей которых являются рыба и соль, характерной болезнью будут язвы, поскольку частое употребление соли вредит крови. Автор другого медицинского сочинения Древнего Китая рассуждает о влиянии воды на состояние здоровья жителей местности: «Там, где вода легкая, много людей с лишаем и злокачественными опухолями; там, где вода тяжелая, много людей с опухшими ногами и неспособных передвигаться; там, где вода сладкая, много стройных и красивых людей; там, где вода горчит, много людей с неизлечимыми язвами; там, где вода горькая, много уродливых и горбатых людей».

Согласно преданию, легендарный древнеиндийский врачДживака посоветовал своему пациенту сменить место жительства, чтобы избавиться от хронического заболевания. Эта перемена оказалась благотворной. Известный индийский врач Сушрута упоминал среди причин болезней не только «внутренние», но и «внешние» обстоятельства, в том числе — климат, свойства воды и воздуха.

«Гиппократов сборник» содержит сочинения по врачебной этике: «Клятва», «Закон», «О враче», «О благоприличном поведении» и «Наставления». Указывая прежде всего на то, что лечить следует не болезнь, а больного, они говорят о необходимости помнить главное: «прежде всего не вредить». Позже этот тезис получил широкое распространение в латинской медицинской литературе: «Primum поп посеге». Врачу должны быть свойственны «презрение к деньгам, совестливость, скромность... решительность, опрятность, изобилие мыслей, знание всего того, что полезно и необходимо для жизни, отвращение к пороку». Он должен делать свое дело «спокойно и умело, скрывая от больного многое в своих распоряжениях, приказывая с веселым и ясным взором то, что следует делать, и отвращая больного от его пожеланий с настойчивостью и строгостью». Знаменитую «Клятву» до сих пор называют «Клятва Гиппократа». И сегодня в каждой стране существует «Клятва», которую приносят врачи после окончания обучения врачебному искусству. В Древней Греции она, с одной стороны, была гарантией высоких нравственных качеств врача, а с другой — обеспечивала содействие богов (Аполлона, Асклепия и его дочерей — Гигиеи и Панакеи) в случае необходимости наказания врача, нарушившего клятву:

«Клянусь Аполлоном врачом, Асклепием, Гигиеей и Панакеей и всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство: считать научившего меня врачебному искусству наравне с моими родителями, делиться с ним своими достатками и в случае надобности помогать в его нуждах...

Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла...В какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного, будучи далёк от всего намеренного, несправедливого и пагубного...

Что бы при лечении — а также и без лечения — я ни увидел или ни услышал касательно жизни людской из того, что не следует когда-либо разглашать, я умолчу о том, считая подобные вещи тайной. Мне, нерушимо выполняющему эту клятву, да будет дано счастье в жизни и в искусстве и слава у всех людей на вечные времена; преступающему же и дающему ложную клятву да будет обратное этому».

Эту клятву принято называть именем Гиппократа не потому, что он был её автором (она переходила в устной форме от одного поколения к другому и в основных чертах была создана до Гиппократа), но в его честь. Гиппократ не был «отцом медицины», которая в течение тысячелетий существовала до него, но он был главой выдающейся врачебной школы, олицетворявшей лучшие достижения древнегреческой медицины классического периода.

Исторические параллели:

Во многих странах Древнего Востока существовали священные тексты, которые предписывали врачам наличие высоких моральных качеств. В Древней Индии была врачебная проповедь, подобная греческой клятве Гиппократа. Учитель врачевания в медицинских школах Таксиля, Бенареса и других городов Индии произносил ее перед своими учениками на торжественной церемонии, посвященной окончанию семилетнего обучения. Эта проповедь приведена в трактате «Чарака-самхита»: «Вы должны всей душой стремиться к исцелению больного. Вы не должны предавать своих больных даже ценою собственной жизни... Вы не должны пьянствовать, не должны творить зло или иметь злых товарищей... Когда вы идете в дом больного, вы должны направить свои слова, мысли, разум и чувства ни к чему иному, как к своему больному и его лечению... Ни о чем из того, что происходит в доме больного человека, не следует говорить никому, кто, пользуясь полученными знаниями, мог бы навредить больному».

А вот документ XII в., «Моление исцелителя», составленное знаменитым врачом и философом Моисеем Маймонидом: «Сделай так, чтобы душа твоя прониклась любовью к искусству. Сосредоточь свой ум у ложа больного, дабы припомнить все, чему научили тебя твой опыт и знание. Сделай, чтобы больные прониклись к тебе доверием, к тебе и к твоему искусству... Отгони от них шарлатанов, удали ненужных советчиков, которые думают, что они все знают... Обрети силу, волю и обстоятельства расширять свои знания...Искусство безгранично, но ум человеческий беспрестанно проникает в него все дальше и дальше.»

Парацельс, один из великих врачей XVI в., считал этику (лат. «Virtus») одной из основ медицины. В его время это звучало весьма актуально: врачи иногда принимали участие в казнях и пытках во время судов инквипаиш. •< Врач не смеет быть лицемером, старой бабой, мучителем, лжецом, легкомысленным, но должен быть праведным человеком, — писал Парацельс — ... сила врача — в его сердце, работа его должна руководиться Богом и освещаться естественным светом и опытностью; величайшая основа лекарства — любовь».

В XVII столетии во многих странах Европы были учреждены врачебные коллегии, на которые был возложен контроль за поведением врачей. Эти учреждения имели право не только лишать врачебной практики недостойных людей, но и исключать их из врачебного сословия.



К оглавлению